К 100-летию Советской Армии

 

                                НЕСОКРУШИМАЯ И ЛЕГЕНДАРНАЯ

 

 

 

  %D0%A1%D0%BB%D1%83%D0%B6%D1%83%20%D0%A1% Родившийся через три года после Победы, я принадлежу к тому поколению, которое принято называть послевоенным. Ещё не зарубцевались раны, ещё свежа была память о самой кровавой, жестокой и разрушительной из всех войн на земле – Великой Отечественной. Это было время, когда Родина вставала из руин, когда гордость за свою страну, её армию и флот переполняла души каждого советского человека. Все знали, были уверены, что «если завтра война, если завтра в поход», то нас есть кому защищать – доблесть, стойкость и мужество советского солдата, воина-освободителя были известны всему миру и не подвергались сомнению, и уж, тем более, осмеянию и глумлению, как сегодня нашим внутренним врагом - либералами.

   Как себя помню, всегда мечтал стать военным. На всех детских фотографиях я то в бескозырке, то в пилотке, подпоясанный солдатским ремнём. Все эти атрибуты отцу, зная мою страть, приносили его ученики из соседних деревень, отслужившие в армии. С моей душой творилось что-то невообразимое, когда я открывал ту или иную книжку, где красные конники в будёновках под красным флагом на всём скаку гнали белых, где наши лётчики или танкисты громили фашистскую нечисть. В священный трепет приводили меня фильмы про Чапаева, про Павку Корчагина, про Маресьева, эти киноленты с матерью или отцом мы ходили смотреть в соседнюю деревню Березники, где их демонстрировали в полуразрушенной церкви. Всё это лишь укрепляло во мне веру, что со временем и я встану в ряды доблестной Советской Армии. Впрочем, я ли один так думал!

В нашей деревне Перекладово, что в пяти верстах от железнодорожной станции Догадцево, мужчин, вернувшихся с войны, не было. Вдовы с ребятишками, а то и бездетные, споро управлялись со своим хозяйством, работали в колхозе, по вечерам пели песни под гармошку, плясали под частушки. Отец – единственный фронтовик, да ещё учитель, пользовался заслуженным уважением и авторитетом. Педагог он был абсолютный, профессию свою любил беззаветно. И очень любил детей, что вызывало в них ответное чувство. Правительство высоко оценило его труд, наградив медалями «За трудовую доблесть», орденами «Знак почёта» и «Трудового Красного Знамени».

   Слово «Сталинград» мне тогда мало что говорило. Но мать произносила его с таким чувством, что у меня невольно замирало сердце в предчувствии какой-то тайны. Позднее, рассматривая отцовскую медаль «За боевые заслуги», полученную в Сталинграде, я приставал к матери с вопросами, но в ответ слышал одно: «Не спрашивай отца, у него от этого сердце болит». И всего лишь раз, утомлённый моей настырностью, отец скупо сказал: «Горело всё – и земля, и небо, и вода». Уже потом узнал из кинохроники и прочитал в романе В.Некрасова «В окопах Сталинграда», что Волга действительно горела, поскольку по ней была разлита нефть.

   Служить довелось в Группе Советских войск в Германии, в роте разведки 330-го танкового полка под Ютербогом, которым командовал в то время подполковник Полковницын, подтянутостью и строевой выправкой которого восхищались буквально все. Собралось нас в роте 29 человек мастеров спорта со всего Советского Союза – борцы их Грузии, гимнасты из Белоруссии, боксёры из Азербайджана, легкоатлеты из Украины. В ГСВГ команда «подъём» осуществлялась не за 45 секунд, как в Союзе, а за 30. Но это нас вполне устраивало. Как устраивало и то, что ежедневно приходилось выполнять маршброски с полной выкладкой и маскхалатах, отрабатывать приёмы рукопашного боя, захвата «языков» и т.д. Знали, понимали, что находимся на переднем рубеже своей Родины. Осваивали все виды стрелкового оружия нашего и зарубежного. Командиры сетовали – опять разведчики весь боезапас полка расстреляли за неделю. Но относились к нам уважительно. Да и мы в долгу не оставались перед «мазутой», знали, сколь нелёгок их ратный труд. Гордость переполняла наши души, когда во время учений на Хейдеховском или Магдебургском полигонах танкисты на своих Т-56 с ходу поражали все учебные цели. И нам ничего не оставалось, как в срок и качественно выполнить боевую задачу. А какие были командиры! Тогда я окончательно и «прирос» к военной форме, к военной службе.

   К слову сказать, первые мои публикации появились именно тогда, во время срочной. Помню, молодой лейтенант из газеты «Советский воин», узнав, что в разведроте есть солдат, пишущий стихи, просто атаковал меня просьбами показать ему мою писанину. Ни о какой публикации я тогда не помышлял, просто отдал свои рукописные листочки офицеру, а вскоре и забыл о них вовсе. Но, увидев опубликованным своё стихотворение, ощутил странное, смешанное чувство. Была и некоторая радость, гордость, но также и определённый стыд от несовершенства своего сочинения. В тот момент понял, что надо учиться, работать над собой, над словом. Думаю, этот период я вправе считать началом своей творческой деятельности. С тех пор армейская, фронтовая тема для меня – главная, основная - стихи это, проза или публицистика.

   Огромную роль в моей творческой жизни сыграли встречи с выдающимися людьми, ветеранами Великой Отечественной войны – Героем Советского Союза Ю.И.Сироткиным, легендарной фронтовой разведчицей С.П.Аверичевой, с её однополчанином А.А.Соцковым, кавалерами боевых орденов и медалей В.С.Дябиным, Г.М.Плотниковым, В.А.Лебедевым, М.М.Зитеровым, писателями-фронтовиками Ю.А.Ефремовым, В.В.Рымашевским, И.А.Смирновым, А.В.Коноплиным и многими другими, бывшими во время войны солдатами и офицерами. О большинстве из них у меня написаны статьи и очерки, стихотворные посвящения. Все они, воины Советской Армии, защитники Отечества, в смертельной схватке со свирепым врагом выстоявшие и победившие, для меня остаются примером служения Родине и нравственным ориентиром.

   «Несокрушимая и легендарная, / В боях познавшая радость побед, / Тебе, любимая, родная Армия, / Шлёт наша Родина песню-привет!» - эти слова из песни, посвящённые нашей Советской Армии, никогда не потускнеют, не потеряют своей актуальности и значимости. Эти слова звучат в сердцах каждого, кто не оскудел своей памятью, кто не подверг свою совесть ревизии в угоду режиму.

 

ВОИНЫ И ВОЙНЫ

 

Я не участвую в войне –

она участвует во мне.

Юрий Левитанский

 

Отец у меня воевал в Сталинграде,

Где принял награду из рук комполка.

Цена велика той солдатской награде.

Цена у солдатских наград высока.

 

Я видел войну эту лишь на экране,

Но кажется мне, что я был там, с отцом,

Мы вместе с ним были в Чечне и Афгане,

Шагали сквозь смерть под горячим свинцом.

 

Тревожно мне. Гены отцовские, что ли,

Волнуют мне душу и спать не дают, -

Но нету сильнее и тягостней боли,

Чем каждую ночь повторять тот маршрут.

 

У вечного пламени мне неспокойно,

На вечный огонь я с тревогой гляжу

И вижу, как снова идут к рубежу

Солдаты Отчизны, советские воины…

 

 

 

Евгений ГУСЕВ,

член Союза писателей России

ЯРОСЛАВСКОЕ  ОТДЕЛЕНИЕ СОЮЗА ПИСАТЕЛЕЙ РОССИИ

ЯРОСЛАВСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ СОЮЗА ПИСАТЕЛЕЙ РОССИИ

 

   ЯРОСЛАВСКОЕ ОБЛАСТНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ СОЮЗА ПИСАТЕЛЕЙ РОССИИ

Ярославское отделение

Союза писателей России

e-mail: gusev_48@mail.ru